November 27th, 2012

июль 2011

Как мы с Быковым с партпривилегиями боролись

Вологодский историк и краевед Алексей Быков, мой старинный добрый знакомый, оказывается, завел ЖЖ. И ударился в мемуары. Вологодские френды  кинули ссылку на рассказ Алексея о разговоре с первым секретарем Вологодского обкома КПРФ Николаем Жаравиным, в котором есть  воспоминания и о том, как мы с Быковым боролись с партпривилегиями.  Привожу отрывок.  Хотя  мне не очень понятно, почему это автор назвал меня «татарским диссидентом». И происходили эти события не в конце 80-х (тогда я еще в армии служил), а осенью 1990 года. А все остальное точно так и было, подтверждаю:

«Я ударился в воспоминания из юности, Жаравин, надо сказать, слушал с вниманием.

- В конце 80-х, в разгар перестройки мы с журналистом Иреком Муртазиным (ныне известным татарским диссидентом) в знак протеста против привилегий партийной номенклатуры по его журналистскому удостоверению из принципа ходили есть в обкомовскую столовую, куда простых смертных не пускали. В городских «тошниловках» шаром покати - а там изобилие. Сначала мы освоили большой зал, где столовались рядовые обкомовцы и передовики, приглашенные на заседания. Что характерно, комсомольцев кормили отдельно, как элемент неблагонадежный и на время обеда «взрослых» закрывали дверь цепью...

Николай Алексеевич улыбнулся, он хорошо помнил те времена, сам какое то время работал инструктором в обкоме.

- Но Муртазин был неуемный! Ему нужно было разоблачать номенклатуру и далее. Он заприметил, что через общий зал столовой время от времени движется с подносом симпатичная девушка в белом кружевном передничке и исчезает за дверьми зала напротив.

- Я помню, её звали Нина, а это был зал для членов бюро!- снова улыбнулся Жаравин.

ВОЛОГДА
Вологда, Пушкинская, 25. Здесь работал Вологодский обком КПСС

- Так вот, Муртазиным овладела навязчивая идея отобедать в этом зале и этим разрушить привилегию. Я, как известный нахал, был в группе поддержки. И однажды мы заявились в «малый зал», сели за стол и потребовали, чтобы нас накормили, как и остальных. Нина беспомощно поглядела куда то в угол, словно прося защиты. В углу сидел худощавый мужчина в хорошем костюме. Он поморщился и кивнул ей, пусть мол едят! Потом Муртазин мне сказал, что это был Михаил Федорович Сычёв, второй секретарь обкома. Это был наш единственный обед в этом зале, уже на следующий день двери были закрыты на ключ. Нину, чтобы не дразнить публику, лишили всех кружевных аксессуаров, а вскоре и вообще убрали. Борьба с привилегиями привела к тому, что обкомовская столовая превратилась из элитного заведения в обыкновенное, только с приличной кухней».

ОТСЮДА


promo irek_murtazin july 28, 2014 17:01 348
Buy for 5 000 tokens
Амнистий больше не будет. Почему не будет, написал вот здесь... Но если кто считает, что его забанили по ошибке, или, он погорячился в пылу разговора, использовав мат, можно написать в мой резервный журнал murtazin2011, где я завел специальный пост… Если доводы покажутся мне вескими,…
июль 2011

26 ноября - черный день календаря....

Накануне даже не вспомнил, что на календаре 26 ноября. Хотя целый день был на связи с правозащитниками, дежурящими у ИК-6 в Копейске, с арестантами, сидящими в следственных изоляторах, с сотрудниками ФСИН…  То есть «информационный фон» был вполне «благоприятным» для того, чтобы вспомнить, что ровно три года назад 26 ноября 2009 года федеральный судья Кочемасов завершил оглашение приговора, на меня надели наручники и препроводили из зала суда в казанский СИЗО-2. За спиной осталась свобода, а впереди был 431 день несвободы...

26 ноября увели
Фото отсюда



июль 2011

Осмысленный бунт

ФСИН опасается, что скрупулезная проверка причин бунта в Копейске и суровое наказание сотрудников, виновных в пытках и вымогательствах,  может спровоцировать такие же бунты по всей России.

Сам бунт осужденных ИК-6 в Копейске специалистов не удивил. Ситуация в колонии давно вызывала серьезное беспокойство правозащитников. Из учреждения постоянно приходили жалобы на избиения, вымогательства и другие нарушения. Члены ОНК по Челябинской области Дина Латыпова, Валерия Приходкина, Николай Щур регулярно выезжали в ИК-6 и в своих актах регистрировали многочисленные нарушения. Но ни УФСИН, ни прокуратура на обращения правозащитников не реагировали.

Да что там поборы, побои и издевательства - если даже смерть осужденного  не смогла заставить прокурорских насторожится, засучить рукава и встряхнуть колонию. Николай Коровкин умер 19 июня 2012 года, через 24 дня, после того, как был жестоко избит. Прокуратура не стала утруждаться, отписала, что «повреждения головы и конечностей... он получил самостоятельно в результате падений». И это притом, что другой осужденный - Данил Абакумов дал подробные показания о том, как убивали Коровкина.

Абакумов начал говорить лишь после того, как его вывезли из ИК-6 в челябинское СИЗО-3. Но вскоре бедолагу вернули в «родную» колонию. И она превратилась для него в филиал ада. Его сразу закрыли в ШИЗО и начали выбивать отказ от своих показаний. В ход пошли пытки, включая «действия сексуального характера». Об этом Абакумов сам рассказал, когда к нему смогли попасть члены ОНК Челябинской области. По словам координатора проекта Gulagu.net Оксаны Труфановой, заявление осужденного вместе с видеозаписью его показания правозащитники передали в прокуратуру. Но там снова отмахнулись. Более того, было возбуждено уголовное дело за «заведомо ложный донос» в отношении самого Абакумова. И это несмотря на то, что уже есть показания сотрудника колонии, старшины медчасти Анатолия Громова, который показал: «Коровкина избил начальник отдела безопасности. После избиения его принесли в санитарную часть, и меня под давлением заставили подделать документы, что Коровкин не подвергался избиению, а упал с лестницы».

Безнаказанность порождает произвол. Это аксиома. Сотрудников колонии, притихших после смерти Коровкина, слепота прокуратуры воодушевила. Они снова взялись за старое. Еще более рьяно. При таких исходных, странно, что бунт случился в минувшую субботу. А не в августе или сентябре.

И удивляет мирный характер этого выступления. К счастью, обошлось без захвата заложников, погромов, поджогов административных зданий - как это произошло в марте 2011 года ИК-10 Краснокаменка Читинской области. Там поджог бараков развязал силовикам руки, в колонию были введены спецподразделения ФСИН, бунт быстро подавили, зачинщиков вывезли и осудили. Никто не стал разбираться в причинах, породивших бунт.

В Копейске изначально протест носил мирный характер. Несколько десятков осужденных забрались на крышу барака и водонапорную башню, забаррикадировались  и вывесили плакаты, которые были хорошо видны и за пределами колонии. Время начала бунта была выбрано очень точно. В субботу у колонии всегда  многолюдно: родственники приезжают на свидания и передачи посылок. 

Первый замдиректора ФСИН генерал Эдуард Петрухин, экстренно прилетевший в Челябинскую область, принял единственное верное решение, позволившее не обострять ситуацию: пойти на переговоры с бунтовщиками. На переговоры пришлось пустить и делегацию родственников, которые убедили своих близких прекратить бунт (осужденные, выбравшиеся на крышу барака, по-прежнему оставались там). Уполномоченный по правам человека в Челябинской области Алексей Севастьянов выложил в своем блоге видеозапись этой встречи. Осужденные снова говорят об издевательствах, о пытках, о поборах. И требуют направить в колонию независимых представителей СК и прокуратуры. Независимых - то есть не челябинских, потому что как работают челябинские органы надзора в колонии хорошо знают. И судя по тому, что осужденные слезли с крыши и вышки и вернулись в бараки, переговоры прошли успешно.

Если в самой колонии все закончилось мирно, то за ее пределами избежать кровопролития не удалось.

Полковник ГУВД Челябинской области Вячеслав Ботов в интервью РИА Новости сообщил, что к поддержанию порядка рядом с колонией были привлечены 250 сотрудников полиции, включая ОМОН и ДПС, задержаны 39 нарушителей общественного порядка, восемь сотрудников полиции пострадали.

Ситуация в Копейске сегодня непростая. Если начать скрупулезно разбираться с жалобами осужденных, то, не сомневаюсь, найдутся доказательства и поборов, и пыток, и издевательств. Придется возбуждать уголовные дела и отправлять в колонии сотрудников ИК-6. Кому-то придется ответить и за свою «слепоту» в отношении смерти Коровкина и пыток Абакумова. Но как признался мне на условиях анонимности офицер центрального аппарата ФСИН, такой итог конфликта может быть расценен как слабость системы. Это даст сигнал к бунтам другим колониям. С другой стороны, и спустить на тормозах этот «мирный копейский бунт» уже не удастся, он получил чересчур большой резонанс. На мое возражение, что лучше десять таких мирных бунтов, как в Копейске, чем один, подобный бунту в Краснокаменске, офицер ФСИН растерялся и промолчал.

"Новая газета", 27.11.2012



июль 2011

Дело Мирзоева

Система оказалась заложником своих фобий.  Страх перед кавказскими сепаратизмом оказался сильнее страха перед русскими национализмом.

МАНЕЖКА
Москва, 11 декабря 2010 года.
Аналитики системы, по-видимому,  подсчитали ресурсы и решили, что усмирение вероятной Манежки «аля 2010 год» обойдется дешевле, нежели усмирение эскалации  напряженности на Кавказе. Чистая экономика, никакой политики. Политика была летом, когда вынесение вердикта по делу Мирзоева перенесли на осень, чтобы оно не наложилось на приговор по делу Pussy Riot и не вызвало кумулятивного эффекта.

PS Федеральный судья Андрей Федин:
9 ноября приговорил Максима Лузянина к 4 годам и 6 месяцам лишения свободы
27 ноября приговорил  Расула Мирзоева к двум годам ограничения свободы. Поскольку при пребывании под стражей день считается за два, Мирзаев свой срок уже отбыл и был освобожден в зале суда).
Получается, что согласно «внутренних убеждений» Федина зубная эмаль омоновцца равноценна двум трупам Агафонова?