Ирек Муртазин (irek_murtazin) wrote,
Ирек Муртазин
irek_murtazin

Categories:

«Шаймиев против Муртазина». Последнее слово.

53-судебный день начался с выступления в прениях назначенного мне адвоката. Он управился быстро, в течении часа. От участия в прениях я отказался, предложил участникам процесса воспользоваться правом на реплики и перейти к  моему последнему слову. Что и было сделано. До обеда успел огласить только начало своего последнего слова. Заседание продолжиться в 14.00

Уважаемый суд!

Правильно сказал потерпевший в ходе судебного допроса 10 августа 2009 года, что этого уголовного дела могло и не быть. И в этом я с ним полностью согласен. А вот дальше Минтимер Шарипович соврал. И за эту ложь ему еще придется ответить. Вот закончиться это дело, отсижу, если суждено, и обязательно обращусь в суд с иском о защите чести и достоинства в порядке ст. 152 Гражданского Кодекса РФ. Потому что никогда, ни при каких обстоятельствах  я не обращался с просьбами о трудоустройстве ни к Радику Шаймиеву, ни к Айрату Шаймиеву, ни к Ильшату Фардееву, ни к Азату Хамаеву, ни к Алмазу Шарипову, ни к Радику Ильясову…. ни к каким либо другим родственникам Минтимера Шариповича, контролирующим львиную долю татарстанской экономики.

Все было с точностью до наоборот, это не я хотел устроиться на работу в ТАИФ, это ТАИФ очень хотел, чтобы я верой и правдой служил Системе на одном из предприятий, контролируемых ТАИФ-ом, а именно в телекомпании «Новый век». И даже в свое время направил ко мне «гонца», предложившего «не пыльную», но высокооплачиваемую работу в телекомпании «Новый век», о чем в этом зале в ходе судебного допроса 11 августа 2009 года  рассказал свидетель обвинения Ильшат Аминов.

Повторюсь, что я согласен с Минтимером Шаймиевым, что этого уголовного дела могло и не быть. Но только в том случае, если бы в Татарстане было сформировано не имитационное, а подлинно демократическое общество. С реальными выборами, с развитыми инититутами граждансеого общества, с подлинно незасимыми СМИ, с равенством всех перед Законом, с реальным разделением ветвей власти, с независимой судебной и правоохранительной системами. Если бы руководитель следственного комитета уважал суд и вызванный на допрос в качестве свидетеля, не переносил допрос «по уважительной причине» в связи с тем, что его «вызвал» потерпевший для вручения погон генерал-лейтенанта.

Но, увы, мы имеем такое устройство общественно-политической жизни Татарстана, какое имеем. Де-юре – республиканскую форму правления, де-факто – феодально-клановую, при котором все ключевые управленческие должности заняты, по меткому выражению профессора Мидхата Фарукшина, вошедшему в общеупотребительный словесный оборот, «аульной аристократией».

Чего греха таить? Чего стесняться? Я и сам из этой самой «аульной аристократии». В свое время мое назначение на должность руководителя  пресс-службы президента Татарстана едва ли состоялось, если бы Минтимер Шаймиев со студенческих времен не знал моего отца.

Это был 1999 год. Борис Ельцин, вот-вот должен был сойти с политической сцены. И уже началась подковерная война за престолонаследие. Минтимер Шаймиев тогда сделал ставку и сблизился с Юрием Лужковым. Через полгода стало ясно, что «Акела промахнулся», ставка оказалась ошибочной. Но летом 1999-го этого еще никто не знал, элита республики готовилась к великой информационной войне и надо было срочно выстраивать оборонительные редуты.

В республике не мало толковых пиарщиков. Более грамотных, более подготовленных для этой работы. Могу навскидку назвать такие имена, как Дмитрий Михайлин, Артем Карапетян, Элеонора Рылова, Леонид Толчинский, Алексей Демин, Юрий Малофеев. Каждый из них –в сфере «паблик рилейшнз», как минимум в то время, был профессиональнее меня. И любой из них, если бы кадровый отбор производился по признакам профессиональной компетентности, вполне мог бы возглавить пресс-службу президента Татарстана.  Но на работу в Кремль пригласили меня. И именно потому, что Системе я казался «своим». «Своим» плоть от плоти, по происхождению, по национальности, по факту близкого знакомства Минтимера Шаймиева и моего отца.

Но я не оправдал «доверие» Системы. Мало того, что я спокойно,  покинул Систему. Так еще и уехал. В начале в Прагу, на «Радио Свобода», а потом в Минск, собкором программы «Вести». При этом, без какого либо участия членов Системы. Сам. Это уже было нарушение внутрикорпоративных правил. В республике, где все и вся зависит от воли первых лиц Системы, такое и не забывается, и не прощается.

А потом я вернулся. И занялся общественно-политической деятельностью.

Уже несколько лет я и мои товарищи занимаемся тем, что пытаемся противостоять волюнтаризму и правовому нигилизму Системы. Мы провели десятки пикетов, митингов, «Маршей предпринимателей», апеллируя и обращаясь за помощью и поддержкой к федеральным органам власти. Это были юридически безупречные публичные акции протеста.

Кроме того, мы, а это я и мои соратники, постоянно предлагаем власти, прежде всего городской власти альтернативные варианты решения тех или иных проблем.

В частности, я лично озвучил Метшину программу улучшения туристической привлекательности Казани. К примеру, одним из элементов которой было создание Музея авиации под открытым небом около ипподрома. Туда предлагалось собрать экспонаты заводских музеев КАПО и КВЗ и перенести туда единственный в мире сохранившийся реактивный пассажирский самолет, который практически бесполезно простаивает рядом с шестым зданием КАИ на ул. Дементьева. Иногда туда пускают на практические занятия студентов. Но студенты могли бы приезжать на практические занятия и в Музей авиации. А этот реактивный пассажирский самолет вполне мог стать одной из новых достопримечательностей Казани.

Не однократно, мною лично предлагались решения по уменьшению транспортной нагрузки на городские магистрали. К примеру, еще в начале 2008 года я предложил Метшину организовать перехватывающие парковки на Ярморочной площади и в районе улицы Родина. Это позволило бы загрузить метро и разгрузить центр города от автомобильного транспорта. Кроме того, было предложено изменить распорядок работы муниципальных учреждений, сместив начало и окончание рабочего времени на час, лучше на два. Это позволило бы растянуть так называемый «час пик», перераспределив транспортную нагрузку на городские магистрали.

Когда Сочи выиграло право проведения зимней Олимпиады, я предложил обратиться в Олимпийский комитет России с предложением провести олимпийский хоккейный турнир в Казани. Устав МОК это позволяет. И это позволило бы уменьшиьт затраты на подготовку сочинской Олимпиады. А когда Казань была названа столицей летней Универсиады-2013 года, я предложил пойти по тому варианту, по которому пошла Сербия, которая провела Универсиаду в восьми городах страны. Кто нам мешал «распределить» нагрузку на подготовку Универсиады по всей республике? В Зеленодольске можно было бы провести соревнования по стрельбе. В Бугульминском районе, на базе отдыха НГДУ «Иркен-нефти «Нептун» можно было организовать соревнования по гребле и парусному спорту. Альметьевск мог бы принять на себя организацию соревнований по борьбе.

Но мы понимали, что просто озвучивать свои предложения мало. Тем более, если власть не хочет их даже слышать, называя популистскими, как это произошло в ходе допроса свидетеля И.Метшина. всего этого, что этого мало, что перемены в системе управления городом и республикой могу произойти только тогда, когда необходимость и возможность этих перемен  осознают тысячи, десятки, сотни тысяч татарстанцев. Поэтому в августе 2008 года я и мои товарищи решили приступить к изданию антикоррупционного информационного бюллетеня, который начали выпускать в виде приложения «Казанские вести» к всероссийской газете «Губернские вести», зарегистрированной еще в 1994 году. В бюллетене мы решили рассказывать казанцам о коррупционных проявлениях, рассматривая коррупцию не только в плоскости «взяткодатели-взяткобратели», но в куда более широком, «макиавеллевском» понимании, что коррупция – это «использование публичных возможностей в частных интересах» и в понимании, изложенном  в антикоррупционных документах ООН, что коррупция - это «злоупотребление властью для получения выгоды в личных целях».

Мы решили предавать огласке конкретные известные нам коррупционные проявления, которые дают основание предполагать, к примеру:

- о существование коррупционного сговора между руководством Казани и рядом перевозчиков с целью монополизации рынка пассажирских перевозок и коррупционной составляющей при закупке большой партии автобусов китайского производства. В УБЭП МВД РТ есть информация, что автобусы «Хаггер» при пересечении российско-китайской границы стоили около 600 тыс. руб., а перевозчики были вынуждены приобрести их по цене около 2,1 млн. руб. При этом руководитель исполкома Казани М.Загидуллов лично участвовал в переговорах непосредственно с китайскими производителями о поставках автобусов. К сожалению, когда я заявил ходатайство об истребовании этих документов, в удовлетворении ходатайства мне было отказано.;

- об использование «преимуществ должного положения» при осуществлении перелета в Европу чартерным рейсом мэром Казани И.Метшиным и членами его семьи. В ходе в судебного допроса И.Метшин так и не ответил на вопрос, летал он в Европу или нет в январе 2008 года, представив суду постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Но в этом постановлении сказано, что Метшин не оформлял таможенную декларацию, а это ни о чем не говорит. Мое обращении о необходимости направить запрос в пограничную службу ФСБ России было проигнорировано. А это очень важно, потому что только пограничники фиксируют переход границы.

- о подделке диплома об окончании Калифорнийского университета главой исполкома Казани (ныне депутатом Государственной Думы России) М.Загидулловым.

Татарстан по Конституции республики – суверенное государство. Но Татарстан – часть России. И вынужден терпимо относиться к критике. Особенно терпимо феодально-клановый режим Татарстана относиться к критике «кровавой гебни» и «имперских амбиций» Москвы. Этим ручным оппозиционерам прощаются даже нарушения правил, установленных Системой. Вот вроде бы приняли постановление Кабинета Министров, запрещающее проведение публичных мероприятий в радиусе 250 метров от зданий судов, а националам спокойно разрешили провести свое публичное мероприятие на пл. Свободы. Как разрешили «выпустить пар» на этой же площади и коммунистам. Почему? Да потому что они не опасны! Потому что они не представляют угрозу Системе! Не ставят под сомнение профессионализм и безупречность конкретных чиновников.

Антикоррупционный бюллетень не занимался абстрактной критикой власти, а начал рассказывать о конкретных неблаговидных «делишках» властных персон. А потому вызвал серьезное беспокойство Системы. И сверхсерьезное противодействие.

Хочу обратить внимание суда на протокол судебного допроса свидетеля обвинения М. М. Порфирьевой,  техника-технолого производственно-технического отдела. ГУП ИПК «Чувашия», который был произведен 21 августа 2009 года. Вот что вспомнил свидетель о некоторых обстоятельствах выхода антикоррупционного бюллетеня, после того, как ей был предъявлен на обозрение протокол допроса, который был произведен 15 октября 2008 года в Чебоксарах:

«Подсудимый: Вас не удивило, что 13.10.2008 г. вы приняли заказ, 14.10.2008г. – отгрузили, а 15.10.2008г. был уже допрос?

Свидетель: удивило, нам сказали, что там было написано что-то политическое. Сами мы статью не читаем, не вникаем. У нас была заявка, мы ее напечатали. Сотрудника привели, сказали, что мы должны ответить на вопрос, которые он нам будет задавать.

Подсудимый: Вы газету видели, в руках держали?

Свидетель: видела, но не читала, у нас нет на это времени. Нам сказали, что допрос связан с тем, что в газете было что-то напечатано политическое».

А ведь на момент проведения допроса,  уголовное дело по текстам, опубликованным в книге и атикоррупционных бюллетенях, еще не было возбуждено. Оно появилось на свет только 3 декабря 2008 года. Но к этому я еще вернусь.

Могу сказать, что поездка в Чебоксары оперативников Управления собственной безопасности МВД РТ не прошла бесследно. Эта типография отказалась впредь печать какие-либо мои материалы. Такая же ситуация сложилась в Марий Эл. Про татарстанские типографии можно вообще не говорить…. Таким образом, силовикам удалось нейтрализовать возможность издания атикоррупционного бюллетеня в сопредельных республиках.

Но инициаторов возбуждения уголовного дела серьезно обеспокоила оперативная информация, что я собираюсь покинуть республику, и издавать бюллетень «факультативно», в свободное время от того дела, которым я намеревался заняться далеко за пределами Казани в сентябре 2008 года. В Казани у меня появилось достаточное количеств соратников, готовых организовать распространение антикоррупционного бюллетеня. А наладить издание и доставку в Казани большой проблемы не было. Тем более сейчас, в век Интернета. Оперативная информация о моих плана издавать антикоррупционный бюллетень находясь за пределами Татарстана, по всей видимости, и сподвигло инициаторов этого процесса принять политическое решение о привлечении меня к уголовной ответственности.

Есть старая милицейская шутка: «Был бы человек, а статья в УК для него найдется». Но, как известно, в каждой шутке - есть доля шутки, все остальное – истина. Уголовное дело, рассмотрение которого вышло на финишную прямую – это наглядный пример материализации той самой милицейской «шутки».

Как расследуются преступления? Сначала фиксируется общественно-опасное деяние, потом идет сбор и документирование доказательств, устанавливается и изобличается супостат, совершивший это общественно-опасное деяние… В рассматриваемом же деле все было с точностью до наоборот. Вначале определили преступника, а потом начали «примерять» ему «подходящую» статью УК.

Вечером 12 сентября 2008 года прокурор Татарстана Кафиль Амиров заявил агентству «РИА Новости», что вопрос о возбуждении уголовного дела по факту распространения слухов о смерти Минтимера Шаймиева будет решен в начале следующей недели. Хочу процитировать дословно сообщение РИА Новости, опубликованное в газете «Коммерсант- Волга». Эта публикация - факт общеизвестный и не требующий отдельного исследования и доказательства. Но если суд посчитает, что это новое обстоятельство, я готов воспользоваться правом, предоставленным мне ст.294 УК РФ.

Итак, цитата: «Исходя из результатов проверки и объяснений господина Муртазина, будет решен вопрос о возбуждении уголовного дела. Пока сложно сказать, по какой именно статье оно может быть возбуждено. Это зависит от того, какими мотивами руководствовался этот человек - то ли это хулиганство, то ли клевета, то ли месть» - пояснил прокурор». Конец цитаты. То есть уже 12 сентября прокурор республики определился с субъектом преступления. Оставалось только «подобрать» ему статью УК. После подобного «откровения» прокурора началась вакханалия в татарстанских СМИ, журналисты которых взяли на себя функции и прокурора, и следствия, и суда одновременно, назвав меня преступником еще даже до принятия постановления о возбуждении уголовного дела.

Общественное мнение было сформировано. И 18 сентября «пробел» с отсутствием постановления о возбуждении уголовного дела был ликвидирован. Именно 18 сентября следователь по ОВД С.О. Столяров принял Постановление о возбуждении уголовного дела по ст.ст. 129 и 137 УК РФ. Но не в отношении меня. А в отношении «неустановленных лиц».

15 сентября 2009 года в ходе судебного следствия в рамках рассматриваемого дела был допрошен руководитель СУ СК при Прокуратуре РФ по РТ В.Г.Киршин. В ходе допроса В.Г.Киршин в частности дал показания, что (цитирую по протоколу допроса) «…мне позвонила девушка, сказала, что со мной будет разговаривать Шаймиев М.Ш. Шаймиев М.Ш. сказал мне, что он находится на отдыхе, за пределами России, сказал, что хочет обратиться с устным заявлением. Я взял лист бумаги, стал записывать. Это было 18.09.2008 года, он сказал, неустановленные лица, разместили в сети-Интернет сведения о его смерти, оклеветали его, тем самым распространили заведомо ложные сведения, порочащие его честь и достоинство».

Однако, когда я спросил В.Г.Киршина (снова цитирую по протоколу допроса) «…чем объясните, что потерпевший обращался к Вам о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица, а в Вашем рапорте заявление о возбуждении уголовного дела в отношении неустановленных лиц?» свидетель ответил: «…из представленного материала я посчитал, что не было достаточных оснований для возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица, необходима была проверка». Из показания В.Г.Киршина следует, что именно он, изучив материалы проверки, принял решение, что оснований для принятия постановления о возбуждении уголовного дела в отношении И.М.Мутазина еще не было, поэтому и было принято постановление о возбуждении уголовного дела в отношении «неустановленных лиц».

Между тем постановление о возбуждении уголовного дела, как я уже говорил, было принято не В.Г.Киршным, а следователем СУ СК при Прокуратуре РФ по РТ С.О.Столяровым.

Вышеуказанные обстоятельства говорят о том, что В.Г.Киршин, во-первых, фактически сфальсифицировал «рапорт об обнаружении признаков преступления», внеся в него недостоверные сведения, исказив суть устного заявления потерпевшего, указавшего не «неустановленных лиц», а конкретного человека, которого он подозревает, а именно Муртазина И.М.. Это обстоятельство потерпевший М.Ш. Шаймиев подтвердил дважды: и в ходе допроса 1 декабря 2008 года,  и в ходе судебного допроса  10 августа 2009 года.

Во-вторых, В.Г. Киршин, фактически, нарушил требование ст.38, часть 2, пункт 3 УПК РФ, лишив следователя самостоятельности. Конечно, в силу ст.39 УПК РФ В.Г.Киршин мог давать следователю поручения о направлении хода расследования. Но в силу части 4 ст.38 УПК РФ эти указания могут даваться только в письменном виде. В уголовном деле же нет ни одного письменного поручения В.Г.Киршина, кроме самого рапорта об обнаружении признаков преступления.

Предполагаю, что В.Г.Киршин действовал с прямым умыслом, осознавая преступный характер своих действий, которые в последующем лишили меня возможности реализации конституционного права на доступ к правосудию. В частности, при назначении экспертиз я был лишен возможности воспользоваться правами, предусмотренными УПК РФ для лиц, подозреваемых в совершении преступления, поскольку в результате действий В.Г.Киршина к тому времени проходил по делу только свидетелем.

Tags: «Шаймиев против Муртазина», Последнее слово
Subscribe
promo irek_murtazin июль 28, 2014 17:01 339
Buy for 5 000 tokens
Амнистий больше не будет. Почему не будет, написал вот здесь... Но если кто считает, что его забанили по ошибке, или, он погорячился в пылу разговора, использовав мат, можно написать в мой резервный журнал murtazin2011, где я завел специальный пост… Если доводы покажутся мне вескими,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments