Ирек Муртазин (irek_murtazin) wrote,
Ирек Муртазин
irek_murtazin

«РОСБАЛТ» пишет о «Последнем президенте»…

«Шаймиев сам замуровал дверь в Пантеон истории»

Книга «Минтимер Шаймиев: последний президент Татарстана» с предисловием известного казанского политолога Мидхата Фарукшина лишь недавно вышла из печати, но уже получила скандальную известность. О своем видении будущего республики и личности ее президента ИА «Росбалт-Приволжье» рассказал автор книги, бывший пресс-секретарь Минтимера Шаймиева Ирек Муртазин.

- Какова основная мысль вашей книги? Что Вы хотели ей сказать?

- Я написал ее для того, чтобы оградить Минтимера Шариповича от нападок, когда он уйдет. Он обычный, нормальный человек. Я бы сказал, что это Леонид Ильич Брежнев сегодня.

- Давно ли Вы это поняли?

- Осознание начало созревать, когда я еще работал в Кремле. Постоянно общаясь с президентом, я постепенно понял, что сам он — мягкий, беззубый, деликатный, белый и пушистый. Никак не могу сказать, что он циничный, безжалостный, жестокий – нет, он добрый и порядочный человек. Его принцип — живи сам и давай жить другим. Но вот его окружение, в первую очередь сын Радик Шаймиев и министр внутренних дел РТ Асгат Сафаров… По-моему, сейчас именно Радик Шаймиев принимает управленческие решения и на деле руководит республикой.

- В книге Вы настойчиво проводите мысль, что президент Шаймиев с куда большей радостью удовлетворился бы менее ответственным постом…

- Но он не хозяин своей судьбы. Вспомним, Брежнев тоже очень хотел уйти… Но окружение Шаймиева понимает, что если он уйдет, то с этим самым окружением начнет происходить то, что происходит сегодня с ближайшим окружением покойного Сапармурата Ниязова, а то и похлеще. Наш президент очень подвержен влиянию. В качестве примера приведу совещание по вопросу строительства нового казанского ипподрома. Идет совещание. Получаю право голоса. Говорю, что нельзя строить ипподром в центре города, во всем мире они расположены достаточно далеко. Отвечает: да, ты прав, Ирек. Принимается решение отложить принятие окончательного решения. Через некоторое время уже кулуарно в его кабинет кто-то заходит – и все переигрывается.

Шаймиев — очень внушаемый человек. Из-за этого, кстати, у меня всегда были конфликты с руководителем аппарата президента, ныне сенатором Эгзамом Губайдуллиным. Я нередко убеждал главу республики в чем-то, что расходилось с замыслами аппаратчиков. Например, вижу, что в президентский план включено участие в открытии какого-то ресторана. Объясняю: Минитимер Шарипович, это не ваш уровень. Он соглашается, но аппарат все-таки убеждает его в необходимости появиться на открытии. Говорю: пусть так, но не будем приглашать прессу. А смысл появления там президента именно в том, чтобы журналисты увидели, как он перерезает ленточку! И за этот пиар заплачено… Из-за подобных «вольностей» у меня и не сложились отношения с руководителем аппарата. В самый первый месяц моего пресс-секретарства как-то он звонит мне и говорит, почему я через его голову, не поставив его в известность, о чем-то сообщил президенту. Эгзам Саматович завершает свою тираду угрозой, что мы не сработаемся. Но я и говорю: «Можете увольняться, я вас не держу…»

Сегодня Минтимер Шарипович вызывает у меня чувство жалости. Думаю, ему все это тоже обрыдло. Он не может жить жизнью нормального пенсионера, возиться в саду, с внуками. Если бы он ушел в 2001 году, сегодня на площади Свободы стоял бы памятник Шаймиеву – человеку, который дал республике суверенитет. У него был шанс, являясь, по сути, довольно ординарным обычным человеком, войти в историю Татарстана в качестве великого политического деятеля. Оставшись на очередной срок, Минтимер Шарипович связал себя по рукам и ногам, своими руками замуровав дверь в Пантеон истории.

- Вы считаете, что татарстанское руководство упустило возможность наполнить декларацию о суверенитете реальным содержанием. Но было ли это возможно на практике?

- Это было малореально, поскольку главным помыслом шаймиевского окружения всегда являлось личное обогащение. Татарстан погубила нефть. Если бы ее у нас не было, мы развивали бы высокие технологии и действительно смогли сделать республику оазисом демократии и прав человека.

- Не чужды ли эти идеи татарстанскому менталитету?

- Ничуть. Татарстан неоднороден. Городское население республики высокообразованно. Во время войны сюда были переведены десятки предприятий. А вместе с предприятиями в город приехали инженера, технологи, конструкторы…. Дети и внуки этой инженерно-технической элиты могли обеспечить Татарстану технический прорыв, но оказались невостребованными. Генеральный директор КАПО Виталий Копылов покончил жизнь самоубийством, когда его концепция развития авиапрома была отвергнута. Он предупреждал, что республика не станет флагманом гражданской авиации, что необходимо продолжать производить военные самолеты. Тогда руководство Татарстана к нему не прислушалось, но жизнь доказала правоту Копылова. Сейчас Казань с трудом выпускает 2-3 самолета в год, а делать 20-30 Ту-160, как следовало бы, нет никакой возможности. Это была стратегическая ошибка Минтимера Шариповича. Хотя, я не исключаю, что она была допущена сознательно после посещения им Гарварда и получения американского карт-бланша на татарстанские преобразования.

- Разве моральная помощь Америки действительно была столь велика?

- В ходе этого визита он получил от американцев полный мандат доверия. С дальним прицелом. В начале девяностых Чечня делала то же самое, что и Татарстан, и Ельцин, испугавшись, что остальные регионы вслед за ними потребуют себе таких же полномочий, принял жесткие меры против Грозного.

- Ситуацию трудно сравнивать хотя бы потому, что в Казани, в отличие от Чечни, никогда не резали русских и представителей других «нетитульных» наций.

- Конечно, были и отличия. Негативное отношение к русским в Татарстане провоцировали татары, переехавшие из Узбекистана, Туркмении и других республик бывшего СССР, выдавленные оттуда как русскоязычные. Подобные настроения были нужны властям, которые их искусственно поддерживали и раскручивали с 1991 года, чтобы получить от Москвы побольше преференций, убеждая федеральный центр, что лишь Шаймиев контролирует ситуацию и поэтому его ни в коем случае нельзя убирать. По этому сценарию развивались и события в Чечне, просто там ситуация через некоторое время вышла из-под контроля.

- Сейчас в Татарстане не видно и следа напряженности между русским и татарским населением, тогда как в Чечне противостояние, по большому счету, никуда не делось.

- Здесь оно и раньше существовало только в докладах, посылаемых в центр. Проблема межнациональных и межрелигиозных отношений в Татарстане была снята еще Екатериной II, основавшей Духовное управление мусульман в Уфе и запретившей чиновникам вмешиваться в религиозные дела. Я вырос здесь и не помню, чтобы у меня когда-либо возникали какие-то проблемы из-за того, что я татарин. Этой проблемы не было, она искусственно раздувалась в начале девяностых, как и во многих национальных республиках бывшего СССР.

Ныне власть модифицировала эту игру. Создан миф о том, что Татарстан – это рассадник ваххабизма, и лишь президент Шаймиев титаническими усилиями сдерживает распространение этого зла. На самом деле этот миф не имеет ничего общего с действительностью. Мечетей много, а народу в них все меньше и меньше. Религия поставлена на службу власти, которая должна поддерживать имидж борца с ваххабитами. Поэтому у нас постоянно арестовывают либо обычных верующих, возбуждая против них дела, шитые белыми нитками, либо обвиняют в ваххабизме обыкновенных бандитов, которые захаживали в мечеть. Но если хватают преступника, который носит крест и заглядывает в церковь, никто ведь не говорит о христианском фундаментализме!

- Вряд ли руководство республики этого не понимает. 

- Дело в том, что президент Татарстана давно превратился в королеву Великобритании, которая царствует, но не правит. Подозреваю, что даже на закрытых для прессы мероприятиях с его участием не принимается никаких действительно важных решений. Думаю, что центр их принятия переместился в кабинет советника генерального директора ТАИФ (ОАО «Татаро-американские инвестиции и финансы», ключевую роль в создании и фунционировании которого играет младший сын президента Радик). Возьмем последние кадровые решения: каковы объективные причины увольнения этим летом целых семи министров?  

- И каковы же?

- Их нет. Единственное объяснение – готовится уход Шаймиева, в связи с чем происходит замена тех, кто обладает сильными позициями, и неизвестно, как поведет себя при перемене власти.

- Деятельность президента Татарстана не вызывает в Кремле нареканий. Зачем ему досрочно оставлять свой пост?

- По состоянию здоровья. Еще будучи пресс-секретарем Минтимера Шариповича, я как-то произнес тост, пожелав ему крепкого здоровья и прожить до ста лет (чего, в принципе, и сейчас ему желаю). В ответ он полушутя-полусерьезно заметил, что в его роду никто из мужчин не доживал до пятидесяти. И хотя он плавает, ведет здоровый образ жизни, его ограждают от всяческих переживаний и негативной информации, видимо, для опасений есть основания.

- Кто же заменит Минтимера Шаймиева на президентском посту?

- Неважно. Кто бы это ни был, у Татарстана больше не будет президента, потому что президент не бывает назначенным. Полагаю, это будет какая-то техническая фигура, назначенная на два-три года, в том числе для того, чтобы провести решение о ликвидации поста президента РТ. Не думаю, что на такую роль «подпишется» кто-то из татарских политиков – по крайней мере, исключаю из этого списка Камиля Исхакова и Рафгата Алтынбаева. Скорее всего, будет какой-то московский назначенец. Вариант лошади Калигулы тут вполне уместен.

- Как отнеслось к Вашей книге республиканское руководство?

- Не знаю. Я писал ее не для казанского Кремля, я просто хотел выговориться. В свое время я был сопричастен к обожествлению Минтимера Шаймиева. В некотором роде моя книга – акт покаяния.

- Говорить об «обожествлении» — это все же перебор, а в том, что люди с уважением относятся к главе республики, ничего плохого нет.

- Да, у нас не ставят огромных плакатов с Шаймиевым, потому что не хватит сотрудников правоохранительных органов – следить, чтобы их не рвали и не портили. Народ все еще живет в плену мифов, но чем позже Минтимер Шарипович уйдет, тем меньше шансов, что его будут вспоминать хорошим словом. С каждым днем вероятность этого все меньше и меньше. Главную роль пока играют два фактора: «царь хороший – бояре плохие» и то, что президент просто плывет по течению. А изолируй его в загородной резиденции в Боровом Матюшино – никто и не заметит. Народ привык жить, не обращая особого внимания на власть.

- Не чинят ли препятствия распространению книги, где изложены подобные взгляды?

 - С распространением действительно есть проблемы. Крупнейший супермаркет «Книжный двор» взял на реализацию триста книг. Тираж был сразу скуплен – и больше они не берут. Теперь книгу можно найти только у частных распространителей. За три недели в Казани продано около тысячи экземпляров – это очень много для книги, цена которой – 300 рублей.

- Когда выйдет анонсированная Вами вторая часть?

- Полагаю, в январе-феврале. В ней я представляю свои версии причин и последствий самоубийства Виталия Копылова, загадочных смертей бывшего прокурора Татарстана Сайфихана Нафеева, экс-депутата Государственной Думы Салимхана Ахметханова, бывшего депутата Госсовета РТ Алмаза Камалова, исчезновения экс-министра Рашида Ахунова и ряда других аналогичных происшествий. Однако я однозначно не успею издать эту книгу до выборов, а содержащиеся в ней факты могут быть расценены как критика в адрес кандидата в депутаты Госдумы Минтимера Шаймиева, что, согласно законодательству, разрешено только другим кандидатам. Я же баллотироваться не собирался и не буду.

- Эта книга уже готова, а над чем Вы работаете сейчас?

- Заканчиваю работу над антиутопией «Москва-2017», посвященной обстоятельствам начала второго пятилетнего президентского срока Владимира Путина.

Записала Яна Амелина, Казань

http://www.rosbaltvolga.ru/print/411406.html

Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo irek_murtazin july 28, 2014 17:01 353
Buy for 5 000 tokens
Амнистий больше не будет. Почему не будет, написал вот здесь... Но если кто считает, что его забанили по ошибке, или, он погорячился в пылу разговора, использовав мат, можно написать в мой резервный журнал murtazin2011, где я завел специальный пост… Если доводы покажутся мне вескими,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

Recent Posts from This Journal