Ирек Муртазин (irek_murtazin) wrote,
Ирек Муртазин
irek_murtazin

Categories:

Дагестан на Волге

За эти записи я уже отсидел. Это было написано еще в 2006-ом. Издано - в 2007. Это отрывок из главы «ОГОСУДАРСТВЛЕНИЕ  РЕЛИГИИ» книги "Минтимер Шаймиев: последний президент Татарстана":



Правящая элита Татарстана убедила себя, что власть - это «наместник Бога на земле». Оставалось убедить в этом жителей республики. Но в условиях нарастающего размежевания общества это оказалось непростым делом. Люди утратили былое благоговейное отношение к тем, кто ими управляет, а некоторые «беспредельщики» раскрепостились настолько, что начали понимать, что власть - это всего лишь люди, нанятые на работу. Притом работу временную.

Процесс «очищения мозгов», начавшийся с провозглашением перестройки, после августа 1991 года принял лавинообразный характер. Власть быстро поняла, что с умным народом хлопот не оберешься. Ситуацию надо было срочно брать под контроль. Чтобы люди ничем не обременяли мозги, чтобы трепетно относились к власти только потому, что она власть. Но как добиться этого? Во времена Сталина червоточинки корыстных чувств подавлялись на корню или паническим страхом, или раболепным восторгом. При Хрущеве и Брежневе страна была опутана паутиной так называемых сдерживающих центров контроля – не покладая рук работали парткомы, месткомы, профкомы. Государственная пропагандистская машина целенаправленно и довольно эффективно воздействовала на людей, буквально насаждая морально-нравственные ценности. С развалом СССР рухнула и система реального влияния на воспитание людей и система сдерживания проявлений их низменных качеств. Зато расцвела буйным цветом корысть. Общество сразила эпидемия культа богатства, культа денег. Примерами для подражания стали нравственно убогие люди.

Измельчали моральные авторитеты. Не осталось таких людей, чтобы были и умом, и честью, и совестью общества. Исчезли нравственные маяками, по которым сверяют поступки. Ну и в самом деле, зачем честно работать, когда, работая честно, максимум на что заработаешь это на хлеб с молоком? Зачем любить Родину, когда куда престижнее оттяпать от этой самой Родины кусок пожирнее да свалить с нахапанным куда подальше?

В непролазных буреломах цинизма и лжи перестали функционировать и такие рычаги влияния на общественное сознание, как страх лишиться чего-то важного: благ или возможностей, страх быть вызванным на ковер к начальнику, страх наказания. Потребовались новые позитивные регуляторы стимулирования достижения тех или иных целей и новая система мотивации беспрекословного подчинения решениям власти. И в этом деле ТОЦ оказался плохим союзником. Власть окончательно дистанцировалась от этой организации (…)

…когда у Москвы удалось взять все возможное и невозможное, добиться невиданных преференций, ТОЦ стал не нужен. Он оказался там, где и должен был оказаться - на обочине политических процессов. У власти появился другой фаворит – религия, а точнее – религиозные деятели. И это в традициях фаворитизма в любые времена и при любых правителях – преувеличивать достоинства и преуменьшать недостатки обласканного власть предержащим. Имамы и священники, рекрутированные послужить властной группировке, не стали исключением. Одно то, что на машинах руководителей Казанской Епархии и ДУМ РТ появились так называемые «номера-вездеходы» серии ОАА, говорит о том, что власть причислила пассажиров этих автомобилей к членам правящей касты (...).

Почему же появилась необходимость превозносить религию, отождествляя ее с религиозными деятелями? Не потому ли, что в Священном Писании предельно прямолинейно сказано: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога... Посему противящийся власти противится Божью установлению...»? И ислам тоже проповедует, что «всякая власть - от Всевышнего». Даже та, которая угнетает, потому как ниспослана людям в наказание за грехи. Религия оказалась удобным политическим инструментом маргинализации населения, привития покорности и властепочитания. И христианство и ислам приучают людей жить будущим, а не настоящим, приучают терпеть, сжав зубы, земные неурядицы, ради вечного неземного блаженства после смерти.

Но фактическое огосударствление религии принесло не только те плоды, которые прогнозировались властью, не считавшейся с тем, что вера должна быть дана свыше, а не спущена сверху. И дело не только в том, что среди настоятелей храмов и имамов мечетей оказалось немало людей, которым в приличном обществе и руки-то не подают. А подав, тут же пересчитывают пальцы, чтобы убедиться все ли на месте.

Результатом непродуманного вмешательства власти в религиозные дела, в вопросы возрождения ислама и христианства, стало то, что в наше непростое перестроечное время, когда как никогда необходима духовная опора, когда люди, потянувшись к вере, почувствовав внутреннею потребность в молитвах и исполнении религиозных обрядов, неожиданно стали сторониться церквей и мечетей. Более тысячи мечетей построено в республике за перестроечное время. Но много ли в мечетях людей? Сегодня уже есть деревни, где помпезно открытые мечети даже на пятничные намазы не открываются, потому что верующие предпочитают молиться дома. И это несмотря на то, что имамы мечетей не устают повторять, что «пророк Мухаммед говорил, что если ты совершишь молитву один, то воздаяние пред Всевышним одно, а если коллективно – то воздаяние в 27 раз больше». Люди на подсознательном уровне чувствуют лицемерии многих имамов и согласны даже на то, чтобы их молитвы были в 27 раз менее эффективны (…).

… убежден, что суета вокруг возведения мечети Кул Шариф, восстановления Благовещенского собора, возвращения списка Казанской иконы Божией Матери были имиджмейкерскими акциями, чистейшей воды промоушеном, нежели искренними душевными порывами власти в целом и Шаймиева в частности.
Мечеть Кул Шариф для Минтимера Шаймиева в первую очередь - архитектурное сооружение и лишь потом - культовое творение, место совершения религиозных обрядов. Минтимер Шарипович ни на один день не выпускал из поля зрения это строительство. Он сам выбрал место для сооружения, сам утвердил проект, неделя не проходила без того, чтобы по дороге на работу или с работы президент не заезжал на стройку. Он щепетильно следил за тем, как реализуется его замысел, давал указания строителям, выбирал отделочные материалы, цветовую гамму витражей, орнамент паркета. Шаймиев частенько забирался на высшую точку мечети, настолько высоко, насколько можно было забраться, и восторженно рассматривал раскинувшуюся внизу Казань (…).

… На пресс-конференции после церемонии открытия мечети, отвечая на вопрос одного из иностранных журналистов, как власти Татарстана борются с радикальными экстремистскими течениями или организациями в республике, Минтимер Шаймиев заявил, что «в Татарстане таковых, к счастью, нет. Но могли бы быть, если бы не политика взаимоуважительного, добрососедского существования представителей разных народов и конфессий и социальная стабильность, которую неизменно проводит руководство республики. Экстремистские организации были ликвидированы в самом зачатке. Я сказал в свое время и остаюсь при своем мнении: ссылаться на то, что религия отделена от государства, и сидеть, сложа руки - неправильно. Религия отделена от государства, но не от общества, а общество - это мы» («Татар-информ», 27.06.2005).
Все правильно сказал Минтимер Шарипович, «политика взаимоуважительного, добрососедского существования представителей разных народов и конфессий» делают свое дело, экстремистские организации в Татарстане не приживаются. Это реальность жизнеустройства нашей республики, население которого на генетическом уровне отторгает религиозный экстремизм и разделение по религиозному принципу, не воспринимает воинственные течения ислама и сторонится проповедников этих течений. Но кроме реальности есть еще и «реальность». «Реальность», целенаправленно создаваемая государственно-пропагандисткой машиной Татарстана, и подхваченная федеральными СМИ. «Реальность» о серьезной предрасположенности республики к ваххабизации. «Реальность» очень выгодная власти. Она позволяет руководству республики иметь еще одну крапленую карту в «диалоге» с Москвой. В одном рукаве – о мощных националистических настроениях, царящих в республике, и удерживаемых в цивилизованных рамках исключительно благодаря мудрости Минтимера Шаймиева, во втором рукаве – о возможной стремительной ваххабизации Татарстана, которая, естественно, тоже удерживается в узде исключительно благодаря политике руководства республики. Но тоже может выйти из под контроля и принять самые чудовищные формы исламского религиозного экстремизма.

В июле 2005-го в медиа-центре «Известий» в Москве мне довелось присутствовать на «круглом столе» «Религиозное возрождение в России, терроризм и права человека». Открывая форум, Владимир Колесников, в то время заместитель генерального прокурора России выразил озабоченность тем, что «терроризм расползается по России». В подкрепление своей мысли он привел пример Татарстана, где в 2004 году было возбуждено шесть уголовных дел, так или иначе связанных с проявлениями экстремизма.

- Но дел будет еще больше, и география экстремистской деятельности будет расширяться - таковы тенденции. «Дуга нестабильности» от Таиланда до Балкан, озвученная Збигневом Бжезинским еще в 1973 году, сегодня, к сожалению, уже реальность, - констатировал Колесников (…).

… В марте 2005 года первый заместитель министра внутренних дел республики Ренат Тимерзянов так охарактеризовал оперативную обстановку: «Из всех действующих на территории республики представителей тоталитарных сект и экстремистских организаций наиболее распространенной и открыто действующей оказалась только сеть отделений исламской партии Хизб-ут-Тахрир. Остальные - ваххаббиты, члены джамаатов - работают скрытно, с элементами жесткой конспирации в условиях подполья. Что не мешает им вести очень серьезные приготовления к совершению терактов - все это существует не в теории, а суровая практика. Созданы и действуют боевые группы, организации финансовой подпитки террора, доказано наличие у боевых групп серьезных запасов оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, изготовление поясов смертников, идут боевые тактические подготовки. Все это доказано в ходе следствия, к сожалению. И также, к сожалению, вынужден констатировать, что большинство из задержанных - молодые люди. Есть среди них несовершеннолетние. И это нас серьезно озадачивает» («Независимая газета», 22.03.2005).

Но то, о чем силовики Татарстана заговорили в 2005-м, Фарид Салман, имам казанской мечети Булгар, предупреждал еще в 1999 году. Уже тогда он бил тревогу, высказывая опасения относительно проникновения идей ваххабизма в татарскую мусульманскую среду. Он написал письмо Минтимеру Шаймиеву о том, что в ряде мечетей республики  «упорно идет насаждение ваххабистских идей по разработанной схеме, широко распространяется ваххабистская литература». Фарид Салман предупреждал о сращивании националистических организаций с ваххабитами, то есть о наложении национального экстремизма на религиозный (…).

… Наличие проблемы признали и лидеры ДУМ РТ: «Идеи ваххабизма популярны в Татарстане среди молодежи... - говорил в 1999 году вице-муфтий РТ Валиулла-хазрат Якупов. - К сожалению, мы пожинаем и плоды постперестроечного романтизма, когда все, связанное с религией, воспринималось с восторгом» («АиФ - Регион», №40, 1999).

Но признание проблемы - это еще не ее решение. А решать проблему, видимо, никто и не собирался. Власть быстро сообразила, что покончить раз и навсегда с зачатками ваххабизма – не выгодно. Куда целесообразнее иметь «контролируемых» ваххабитов, чтобы периодически разоблачать их, инициировать уголовные дела и «предъявлять» супостатов как Москве, так и населению республики. Это позволяет поддерживать миф о непрекращающихся попытках проникновения в Татарстан эмиссаров воинственного ислама, которых население ждет с распростертыми объятиями, готово, неразумное, встретить хлебом-солью и принять как родных. Принять и встать в полный рост под знамена исламской революции. И не происходит это, якобы, только благодаря титаническим усилиям власти, которая отчаянно удерживает пробку кувшина, в котором заперт термоядерный идеологический джин с зеленой повязкой на голове и в тюбетейке. Мол, стоит Минтимеру Шаймиеву хоть на миг отпустить рычаги управления республикой, хотя бы даже для того, чтобы передать власть приемнику, как этот джин может взорвать Татарстан.

Разве можно своими собственными руками раз и навсегда уничтожить на корню почву, столь благодатную для формирования такого удобного мифа? И как можно мириться с человеком, покусившимся на то, чтобы лишить этот миф подпитки. Фарид Салман, первым заговоривший о том, что официальные лидеры исламского духовенства потворствуют проникновению в татарстанские мечети ваххабистских настроений, фактически был выдворен из Казани (…).
***
Еще в 1999 году спецслужбам была хорошо известна схема проникновения ваххабизма на территорию российских регионов. Первый этап - внедрение в общество путем обучения молодежи, оказание гуманитарной помощи, строительство мечетей, медресе и других культовых зданий. Второй этап - подбор и увеличение численности и сторонников мусульманских общин. Третий этап - внедрение «ваххабизированных» мусульман на посты руководителей мечетей и медресе. Четвертый этап - после создания сильной финансовой и кадровой базы ваххабиты заявляют о себе как о политическом движении. Пятый этап - организация массовых беспорядков и захват власти.

К 2006 году в деле ваххабизации Дагестан оказался в середине пятого этапа. Депутат Государственной думы от этой республики, заместитель председателя Комитета по обороне Мамма Маммаев в ходе «круглого стола» в «Известиях» главной причиной обострения ситуации в своей родной республике назвал то, что «религия слишком близко допущена к власти, к политике». А потенциальная база экстремизма, по мнению депутата, - социальная среда.

Семена экстремизма в Дагестане уже дали всходы. На Каспии редкая неделя обходится без проявлений терроризма, прикрывающегося исламом. А вот на Волге исламские экстремисты приживаются плохо. И в первую очередь потому, что вопреки действиям властей, фактически потворствующим насаждению ваххабизма, верующее население республики отторгает воинственный ислам, и как я уже говорил, обходит стороной радикализированные мечети, предпочитая молиться дома.

Конечно политико-экономическая ситуация в Татарстане куда более благополучная, нежели в том же Дагестане, но тоже далеко не идеальная. Межнационального раскола у нас нет: что русский, что татарин, что «друг степей калмык» - одинаково находятся под гнетом номенклатурно-бюрократической системы. А вот раскол между социальными группами постепенно превращается в пропасть.





Tags: Ислам, Экстремизм
Subscribe
promo irek_murtazin июль 28, 2014 17:01 339
Buy for 5 000 tokens
Амнистий больше не будет. Почему не будет, написал вот здесь... Но если кто считает, что его забанили по ошибке, или, он погорячился в пылу разговора, использовав мат, можно написать в мой резервный журнал murtazin2011, где я завел специальный пост… Если доводы покажутся мне вескими,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →