Ирек Муртазин (irek_murtazin) wrote,
Ирек Муртазин
irek_murtazin

Экс-следователь Карпов разоткровенничался

Оригинал взят у novayagazeta в Павел Карпов: «Я зарабатывал на хобби, и мне помогал финансово один близкий друг»
Из письменных показаний в суде Лондона бывшего следователя МВД, подавшего иск против Браудера

В Высоком суде Лондона представлены показания экс=следователя Павла Карпова в рамках разбирательства по его иску о клевете против главы «Hermitage” Билла Браудера и руководителя юридической компании, в которой работал Сергей Магнитский, Джеймсона Файерстоуна. Этот документ был отправлен в суд 19 июня 2013 года – как ответ на вопрос ответчиков: откуда, у казалось бы, рядового полицейского офицера, который уволился из органов только летом прошлого года, средства на столь дорогостоящий английский суд. Щедрые богатые друзья из числа олигархов, не давшие пропасть молодому человеку во времена его работы следователем по экономическим преступлениям, небедные родственники, дорогостоящие подарки, подработки, приносившие большой доход – вот как объясняет происхождение своего движимого и недвижимого имущества, а так же возможность судиться в Лондоне экс-подполковник Павел Карпов.

КАРПОВ

Публикуем выдержки из этих показаний с небольшими комментариями от редакции.

Взлеты и падения

«…Мне 35 лет. Я не женат, детей не имею. В качестве краткой биографической справки мoгу сказать, что в старших классах я ходил в очень хорошую школу в Москве, а потом четыре года изучал право в вузе, который называется «Московский институт права при Министерстве внутренних дел», где готовят юристов высокого уровня по уголовному праву для государственной службы. После окончания университета я поступил на службу в московскую полицию, где работал следователем с осени 1998 года до декабря 2009 года. Я дослужился до звания подполковника и должности старшего следователя по особо важным делам».

« Второго декабря 2009 года (то есть сразу после смерти Магнитскогоприм.ред.) по моему заявлению и после процесса собеседования я был переведен в Следственный комитет Министерства внутренних дел на федеральный уровень, и это было повышением по службе по сравнению с работой в московской полиции. Однако там я получил более низкую должность на две должностные ступени ниже…».

«В 2009 году, в ежегодный День полиции, я получил отличительный знак «Лучший следователь». Ответчики заявляют, что это была своего рода награда за якобы мою связь с делом Магнитского. Однако, это неправда. На самом деле, я считаю, что обвинения против меня, публично выдвинутые Ответчиками, серьезно повредили моей карьере. Например, в конце 2011 года, я не получил перевода в другой отдел, хотя и прошел собеседование. Летом 2011 года я не получим никакого признания за расследование, которое я провёл в отношении мошенничества с одним пенсионером, которое изначально не было проведено надлежащим образом соответствующими следственными органами. Депутат государственной Думы написала благодарственное письмо за мою работу. Не смотря на то, что мои непосредственные начальники все рекомендовали меня к поощрению за эту работу, старший руководитель, чье слово было последним, отказал».

«Из-за большого разочарования по этому поводу я подал рапорт об увольнении из Министерства внутренних дел 20 июня 2012 года, и с почетом был отправлен на пенсию 20 июля 2012 года. К тому времени я уже достаточно долго прослужил, чтобы получить государственную пенсию. <…> Я был, конечно, разочарован нежеланием моих начальников помочь мне в защите моей репутации и их равным нежеланием повышать меня в должности и способствовать моему продвижению по службе. Поэтому я решил, что пришло время уходить из полиции и двигаться дольше».

Ищу работу

«В настоящее время я не трудоустроен и ищу новую работу. Я амбициозный человек, хочу дальше продолжать свою карьеру и иметь уважение в обществе Однако, обвинения, выдвинутые против меня Ответчиками и другими лицами под влиянием Ответчиков, также, как и этот судебный процесс, мешают мне получить новую работу. Потенциальные работодатели очень настороженно относятся к тому, что могут быть втянуты в контекст негативных публикаций в связи с различными «списками Магнитского» как люди, оказывающие мне помощь».

«Поэтому в настоящее время я работаю на различных приходящих проектах, в том числе по оформлению лицензий для нефтеразведки для маленькой компании или по поиску покупателей для нефте-бурильного оборудования Эта работа оплачивается в виде комиссионных. Некоторое время назад мне предложили возглавить работу с проблемными активами одного из крупнейших российских сельскохозяйственных холдингов. Эта работа включает в себя координацию целого ряда уголовных дел и взаимодействие с большим количеством кредиторов и должников. Однако компания готова окончательно предложить мне работу только по окончании судебного процесса <…>».

«За мной никто не стоит»

«Я бы хотел ясно заявить, что я подал иск против Ответчиков ни с какой иной цепью, кроме как только защитить и реабилитировать свою репутацию. <…> В том числе я не стремлюсь защищать интересы российского государства. Я ни в коей мере не пытаюсь оказать негативного влияния на кампанию, которую Ответчики проводят в отношении смерти Maгнитского».

«Я не получал никакой прямой или косвенной мотивации начать этот судебный процесс от какого бы то ни было российского государственною чиновника или от кого-либо, выступающего от имени российского правительства или другого государственного органа. Наоборот, как я объясняю ниже, в Российской Федерации мне все время ставили палки о колёса при попытках защитить сбою репутацию».

Нравственные страдания

«В публикациях, на которые я подал иск, содержатся четыре широких обвинении в мой адрес: виновность в пытках и убийстве Сергея Магнитского, коррумпированное участие в мошенничестве на сумму 230 миллионов долларов США, похищение некоего господина Михеева с цепью вымогательства, а также уголовное дело против Михеева, сфабрикованное для сокрытия преступления. <…> Трудно представить себе более серьёзные обвинения, чем те, что предъявлены мне. Я не могу объяснить во всей полноте, какой стресс и душевные страдания эти обвинения принесли мне и близким мне людям. Эти обвинения привели к тому, что я должен был оправдываться перед друзьями, коллегами и родственниками».

«Я глубоко потрясён и расстроен таким состоянием дел. В самом деле, не смотря на то, что Ответчики хорошо знают о том, что я ставил их версию событий под сомнение ещё в 2010 году, они ни разу не обратились ко мне за комментариями или разъяснениями. В этом смысле я поручаю своим адвокатам подробно разобраться с этим серьезным вопросом (то есть за 3 года у Карпова не было возможности показаться общественности и высказать свою позицию, даже после отставки? – прим. ред.).

К преследованию Магнитского «не причастен»

«Прежде всего, я должен конкретизировать, что не имел никакого отношения и ничего не знал о подоплеке дел <…>. Подполковник Кузнецов не работал под моим руководством в то время..., расследование уголовного дела по компании «Камея» было санкционировано на очень высоком уровне и началось задолго до того, как я был привлечён к нему. В противоположность тому, что говорят Ответчики, расследование было серьёзным и обстоятельным, и основывалось оно на ранее проведенном расследовании сотрудниками ФСБ при поддержке налоговых экспертов».

«Что касается обвинений в мой адрес, сделанных Магнитским, то они имели место по маленькому вопросу, когда я отказал в просьбе вернуть документы. Вопросы моей ответственности за хранение документов и требований их возврата были строго документированы. Поэтому не было смысла давить на Магнитского отозвать их (жалобыприм.ред.). В отличие от Кузнецова и других, Магнитский никогда меня прямо не обвинял в участии в мошенничестве в отношении компании Hermitiage» (что, мягко говоря, не соответствует действтельности, чтобы убедиться в этом, достаточно поднять жалобы Магнитского, находящиеся в свободном доступе в интернетеприм.ред.).

В ОПГ не состоит

«Выдвигается предположение, что я был участником так называемой «преступной группы Клюева» (предприниматель и банкир, «специалист» по возврату налогов, через банк, к которому он имел непосредственное отношение, была выведена основная украденная сумма прим. ред.), по крайней мере, из-за моего участия в расследовании дела «Михайловского ГОКа» (Клюев был обвиняемым по этому делу, которое вел в том числе следователь Карпов прим. ред.). Хочу заявить, что я не являюсь участников группы Клюева или какой-либо другой преступной группы. В доказательство этого Ответчиками приводятся мои поездки на Кипр (Клюев тогда был в статусе подозреваемого, Карпов – членом следственной группы, по странному стечение обстоятельств на курорт они летели одним бортомприм. ред.)... <…> Но я еще раз подчеркиваю, что не являлся руководителем расследования (по делу Клюеваприм. ред.)».

«Репутация в Англии»

«Я полностью признаю, что до начала кампании Ответчиками у меня не было значительной репутации в Англии и Уэльсе. Я раньше ездил в Англию пять или около того раз. У меня друзья, в том числе одноклассники, живут здесь, а также бывшая девушка, с которой я до сих пор поддерживаю контакт. Суть заключается в том, что моя репутация сначала была создана, а потом разрушена кампанией Ответчиков. <…> Я верю в то, что сегодня я страдаю от того, что можно назвать ужасной репутацией в Англии и Уэльсе» (Как репутация может быть создана третьим лицом и тут же им разрушена? Означает ли это также, что «репутация» у Карпова создана там, куда он летал - на Мальдивах, Карибах в Турции, Симферополе и т.д.? – прим. ред.)».

Хронология «травли» Павла Карпова в России

«Вскоре после моего первого письма (в правоохранительные органы с просьбой о защитеприм. ред.) мне стало известно, что появился второй видеоматериал (под названием «Вторая серия. Майор Павел Карлов»), который был опубликован на сайте «Российские Неприкасаемые» и на сайте YouTube, и который почти целиком был посвящен мне. Я почувствовал, что это была месть за заявление, которое я подал 12 июля 2010 года, хотя сейчас вижу, что это была спланированная часть кампании Ответчиков, и время публикации было совпадением. Данный видеоматериал заставил меня первый раз в жизни испугаться за свою жизнь и безопасность. На этот раз я стал главной мишенью для Ответчиков, и они сделали все возможное, чтобы раздобыть конфиденциальную информацию обо мне из всех возможных источников. Я чувствовал себя под открытой угрозой при таком развороте событий. Поэтому 14 июля 2010 сода я написал Юрию Драгунцову, начальнику Управления собственной безопасности Министерства внутренних дел Российской Федерации. В том письме я ещё раз попросил о расследовании фактов злоупотребления моей личной ннформацией и об открытии уголовного дела».

«Я написал заявление 14 июля 2010 года в Управление собственной безопасности MBД России с надеждой, что они защитят меня от таких открытых угроз. Также я боялся физической расправы со стороны третьих лиц в отношении себя и своих близких с целью вымогательства, якобы, похищенных денежных средств, о которых Ответчики постоянно твердили в рамках своей кампании. Ответчики распространили мои личные данные - адрес проживания, номера автомашин, что означало, что моя семья находилась в опасности».

«По российским законам любое уголовное заявление, кто бы его не получил, должно быть рассмотрено и по нему должно быть принято процессуальное решение: либо открыть уголовное дело при наличии достаточных оснований, либо отказать в его открытии, либо передача заявления в орган, который за это отвечает. Однако <…>, к моему значительном расстройству, я получил ответ, датированный б августа 2010 года от старшего следователя Голкиа, в котором говорилось, что оба моих письма будут присовокуплены к уголовному делу N374015, которое быпо открыто в отношении хищения трёх российских компаний по заявлениям Ответчиков... Я испытывал (и продолжаю испытывать) сильное негодование из-за того, что моя позиция была просто проигнорирована, в то время как жалоба Ответчиков в отношении меня была расследована... Таким образом, и прокуратура и руководство следственного комитета отказали мне в дальнейшем поиске справедливости. На тот момент я осознал, что мои усилия оказались тщетными, и я больше не предпринимал попыток апеллировать» (жалоба «Ответчиков» на самом деле так же не была расследована, поскольку никто до сих пор так и не знает, кто на самом деле украл деньги из бюджета и был заинтересован в гибели Магнитского в СИЗО – прим. ред.).


«Я осознал, что никакая власть в РФ не хочет мне помогать, чтобы не быть втянутой в войну Ответчиков... Я считаю, что я исчерпал все возможные пути для защиты своей репутации в Российской Федерации, где мне постоянно не давали это сделать. К концу 2011 года после всех моих попыток, я понял, что у меня осталось две возможности: либо согласиться с обвинениями и быть втоптанным в грязь в ожидании всё нарастающей клеветы, либо искать справедливости за рубежом».

«Я разговаривал с друзьями и изучал вопрос того как процесс может пойти в Англии и сколько он будет стоить. Я не получал никакой прямой или косвенной поддержки от российского государства для начала этого процесса, также как и какой бы то ни быпо прямой или косвенной финансовой помощи от государства».

«Активы моей семьи»

«Ответчики говорят, что я обладаю значительными активами и веду «роскошный образ жизни», что свидетельствует в пользу моего участия в мошенничестве. <…>

Хочу сказать, что я никогда не был «простым полицейским» с низким уровнем жизни. У моей семьи хороший уровень жизни, хотя я никогда бы не стал называть их богачами по московским стандартам. У моей семьи хорошие связи. <…> Я считаю, что знаком очень со многими людьми из московской «элиты», с кем я провожу время, как например, с известными предпринимателями, юристами, актерами, дизайнерами и т.д. У меня большой круг друзей и знакомых. В этом смысле российское общество очень мобильно, его гостеприимство предоставляет возможности для знакомства с новыми людьми.

Хобби – «дизайнер»

«Я очень увлекаюсь дизайном интерьеров и эту увлечённость я разделяю со своей матерью, которая также интересуется девелоперским делом. Я вместе со своей матерью за последние десять лет отремонтировал целый ряд квартир и домов, в том числе на коммерческой основе. Я создавал планы интерьеров, выбирал мебель, включая оборудование для ванных комнат и электронику. Я считаю себя качественным дизайнером и техническим наблюдателем. Я также помогаю матери советами по проведению ремонтов. Мы занимались такой работой как с недвижимостью, которой владеем, так и для знакомых, но только по мере необходимости, когда возникала возможность и были средства. В тех случаях, когда мы работали не третью сторону, мы брали за свою работу гонорар в размере 10 % процентов от стоимости работ на объекте (без стоимости материалов) и ещё около 15 % от стоимости оборудования и приспособлений. Растущий рынок недвижимости в Москве помог нам получать хорошие доходы. (Однако в налоговых органах о такой деятельности госслужащего, которому по закону запрещено заниматься коммерцией, никакой информации о подобных доходах, судя по всему, нет прим. ред.).

«Мне всегда помогали члены моей семьи, в особенности мать, которая является успешным предпринимателем. (Однако мама Павла Карпова – пенсионер – очевидно, почему-то не стала декларировать все свои доходы, с которых она якобы помогала сынуприм.ред.). Например, между 2004 и 2008 годом она являлась управляющим и партнером компании под названием «ООО Ателье факсимильных копий». В этой компании моя мать отвечала за проведение работ по дизайну интерьеров для коммерческих компаний, в том числе для элитных московских ресторанов».

Помощь «друзей»

«Мне также всегда помогал финансами один очень близкий друг, которого я знаю с 1997\98 года и считаю членом своей семьи. Я являюсь крёстным отцом его дочери. Мой друг является богатым предпринимателем. Мы много выручаем друг друга и поддерживаем как эмоционально, так и физически (?прим.ред.) - например, в прошлом году я сделал для него работу по ландшафтному дизайну в элитной деревне в Московской области, где он живёт. Он <…> время от времени делает мне дорогие подарки и оказывает финансовую поддержку. Например, в 2000/2001 году он дал мне 10 тысяч долларов в счет покупки моей первой хорошей машины - BMW 318. (Вообще-то подарки на такую стоимость тоже должны декларироваться прим. ред.) Я использовал ее какое-то время и потом продал, для того чтобы купить свою следующую машину, и так далее. Я также делал для него разные небольшие проекты в течение последних лет, как например, помог ему закупить элитные вина, за что получил комиссионные. Я бы не хотел называть имя этого друга, так как Ответчики попытаются втянуть его в «дело Магнитского». Я, однако, сообщил его имя своим юристам. Я также подтверждаю, что мой друг не связан с российским государством и никогда не упоминался в контексте кампании Отвегчиков (насколько я знаю). Он не предоставлял денег на этот судебный процесс».

Пришлось даже взять кредит в банке

«Ответчики ставят под сомнение мои возможности финансировать эти иски. Моя семья с большим трудом финансируют эти иски, и начало этого процесса поставило все семейные активы под удар. Я уже потратил все семейные сбережения на финансирование моих адвокатов в Лондоне».

«Как только я узнал предполагаемую стоимость этого процесса и то, что мне надо внести залог на обеспечение судебных издержек, я попытался взять кредит в банке. Я осознавал, что это будет для меня серьёзным финансовым бременем, но сохранение моего честного имени важнее всего. В октябре 2012 года я договорился с известным коммерческим банком РФ под названием Транснациональный банк о предоставлении мне кредита. В этом процессе мне помог близкий друг, которого я знаю 10 лет, являющийся важным клиентом Транснационального банка (для ясности скажу, что эго другой человек, а не тот, о котором идет речь в параграфе 82), который согласился выступить персональным гарантом этого кредита. Этот же друг и организовал первый визит в банк для меня. Мой друг является успешным бизнесменом и владеет компаниями, которые импортируют товары для продажи в Российской Федерации. Мой друг не хочет, чтобы его имя называлось, так как уверен, что Ответчики постараются сделать всё, что в их силах, чтобы втянуть его а «кампанию Магнитского». Однако я хочу заверить суд, что этот человек не имеет ничего общего с «делом Магнитского», и, насколько мне известно, никогда не назывался Ответчиками. У этого моего друга нет никакого интереса в этом судебном процессе, кроме как помочь мне очистить мое имя. Он не имеет отношения к российскому государству».

«Я несу персональную ответственность за возврат кредитов, и в результате этого испытываю серьёзные финансовые затруднения. Если я проиграю этот судебный процесс, то буду вынужден продать свою квартиру, а возможно и иное имущество для выплаты долгов, как и обещал другу, и всё ровно останусь без возможности искать справедливость» (издержки от этого процесса – и только одной стороны, по предварительным подсчетам, могут составить могут составить около 6 миллионов долларов США, а ведь проигравший должен будет еще компенсировать средства, затраченные процессуальным противникомприм. ред.)».

«Если будет принято решение приостановить этот иск, я не вижу, как еще я смогу защищать себя. Ответчики по всей вероятности будут продолжать публиковать обвинения, в том числе, в пытках и убийстве, но теперь уже без стеснения. Я буду считать это чудовищной несправедливостью».

Вера Челищева

Спецкор «Новой», Лондон


[1] На сегодняшний день известно, что Карпов в качестве залога и судебной пошлины внес в суд более 100 тысяч фунтов. А представляют Карпова в суде одни из самых высокооплачиваемых адвокатов Англии - Эндрю Колдекотт и Джеральдин Праудлер из юридической фирмы Olswang. Средний заработок таких звезд - около 600-800 фунтов в час.












Subscribe
promo irek_murtazin июль 28, 2014 17:01 339
Buy for 5 000 tokens
Амнистий больше не будет. Почему не будет, написал вот здесь... Но если кто считает, что его забанили по ошибке, или, он погорячился в пылу разговора, использовав мат, можно написать в мой резервный журнал murtazin2011, где я завел специальный пост… Если доводы покажутся мне вескими,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 119 comments